граница ложится на землю со снегом
по карте прерывистым вздохом
отметка –
сюда не заходят люди, здесь некогда
было плохо с солнечным светом,
какие-то перебои, да…
и поныне остались спутаны провода.
если звонить сюда – только по коду «красный»,
если писать – то только особым шифром,
на вывернутой бумаге
чернила из молока.
в этой точке пространства
потеряны координаты, в самом центре –
всходят три зимних солнца,
катятся на три
стороны света,
закатов отсюда не видно,
и это вселяет надежду.
вот, человек оказался
в лапах проворной метели,
он ощупью ищет границу,
тянет её к себе -
черта лежит на ладони,
и хрупкая линия жизни
с ней полностью совпадает.
Но линия сердца –
где?
Она скорее похожа на профиль
его и его ребёнка,
который смотрит сквозь тело в душу
и ожидает ответ:
«Что, если рая нет?
Как быть, если рая нет?»